Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева
Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева
Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева
Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева
Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева

Инакомыслие как принцип. Умерла Людмила Алексеева

Текст


8 декабря на 92-м году жизни не стало одной из основательниц Московской Хельсинкской группы правозащитницы Людмилы Алексеевой. Опыт собственного диссидентства и историю движения за права человека Людмила Михайловна отразила в знаменитой книге «История инакомыслия в СССР: новейший период».

Людмила Алексеева:

Суд над Бродским поражал отсутствием хоть каких-нибудь данных для обвинения, а также грубостью и тупостью судьи. В качестве публики на грузовиках привезли строительных рабочих, соответственно обработанных. Они улюлюкали и хамили обвиняемому и сочувствовавшим ему. Кроме родителей Бродского, в зал пустили лишь Вигдорову и еще двух-трех его знакомых. Остальные толпились у закрытых дверей. Приговор был максимальным по статье о «тунеядстве»: 5 лет ссылки. Сразу после суда свидетелей защиты вызвали на заседание секретариата Союза писателей, где на них орал и топал ногами председатель Ленинградского отделения СП А. Прокофьев. Всем троим было вынесено порицание.



В том же 1974 г., когда завоевали право на зрителей ленинградские художники-нонконформисты, группа литераторов («служилых») надумала издать (в самиздате, конечно) пятитомное собрание сочинений Иосифа Бродского (к тому времени его самого уже вытолкнули в эмиграцию). В подготовке издания участвовали многие — приносили сохранившиеся перепечатки стихов, записывали прежде хранимое в памяти. Предисловие взялся написать Михаил Хейфец — школьный учитель литературы и автор нескольких работ по истории русского революционного движения. Прочел предисловие и сделал замечания известный литературовед, преподаватель Института Герцена Ефим Эткинд. Вскоре по делу о самовольном издании были арестованы Хейфец и его друг писатель Марамзин, принявший участие в сборе материалов. Марамзин освободился после раскаяния на суде и эмигрировал; пришлось эмигрировать и Эткинду. Хейфец получил 4 года лагеря и 2 года ссылки, после чего тоже покинул СССР.