2019

День святого Иосифа



19 марта в католической церкви день почитания св. Иосифа. Он является покровителем супругов и христианских семей, детей, молодежи, дев, сирот, воспитателей, путешественников, узников, умирающих, а также рабочих и ремесленников, дровосеков, инженеров, саперов.

Уехав в США, Бродский не транслитилировал имя, а взял американский вариант: Joseph Brodsky. 

В разные моменты жизни он был:
- Ося, Оська, Осюта – для родителей и друзей;
- Жозе – в обращении к себе в интерью;
- Без имени, просто "Бродский" – на суде;
- Giuseppe Gatti – в письмах к Аннелизе Аллева, 
- "Рыжий" – из, ставшей уже крылатой, фразы Ахматовой.


В обращении к себе он слышал и «папа».
В ряде европейских стран, этот день отмечается как День отца.



Выставка, которая не закончилась: булгаковская история

Почти четыре года назад, весной 2015 года, в мемориальной квартире Михаила Булгакова в Москве открылась выставка «Дом на Большой Садовой». Главный герой – дом № 10, в котором жили не только сам писатель и персонажи бессмертного романа «Мастер и Маргарита». С соседями Булгакову приходилось делить коммунальную кухню, лестничную клетку и двор, в котором концентрировалась добрая часть жизни местной детворы.

Булгаковы занимали одну из комнат в квартире № 50 только три года. К тому моменту, когда супруги здесь поселились, у дома уже сложилась своя биография длиной почти в 20 лет – зрелый возраст! Несложно догадаться, что жизнь дома, перешагнувшая порог столетия, не была спокойной. Внутри его недвижимых стен непрерывно «шла» жизнь – сменялись жильцы, гости, арендаторы. И как по звездам в безоблачную ночь легко определить календарный месяц, по этим переменам прослеживается бег времени: эволюция политической обстановки и культуры повседневности. Они – банкиры, полиграфисты, художники, хиппи и многие другие – создают историю дома на Большой Садовой и по сей день.

Несложная арифметика насчитывает в доме 53 квартиры, включая «нехорошую» булгаковскую. Математика более сложного порядка не может рассчитать из уравнения истории XX века судьбы проживавших в них людей – слишком много неизвестных. Но чем не вызов для исследователя?
  
Истории этих людей, оставшиеся в черте семейных преданий и личных архивов, оказались в фокусе совместного исследовательского проекта Музея Булгакова и этнолога Дмитрия Опарина. Воплощением этой работы помимо выставки стала одноименная книга. Проект продолжается, проясняя неизвестное и дополняя биографию дома свидетельствами его многочисленных жителей. 

Часть выставки по-прежнему занимает одну из комнат в булгаковской квартире. И, кажется, не планирует оттуда съезжать. В ней по периметру расположился театрализованный макет дома. Войти в комнату непросто – половину входного проема загораживает фотография парадного фасада дома. Нужно согнуться перед ней в поясном поклоне и словно занырнуть в историю его жизни. А стать соавтором рассказа об истории дома на Большой Садовой, 10 можно на сайте проекта: dom10.bulgakovmuseum.ru.

Единая история дома, сплетающаяся из множества отдельных историй, рассмотренных скорее в микроскоп, чем замочную скважину, очевидно похожа на живой, развивающийся организм. Судьба одного дома – уникальна, как неповторима жизнь отдельного человека. Московский или питерский доходный дом, дом Пигита или Мурузи, дом, где жили писатели и поэты – это лишь точка отправления в исследование жизни, в которой «со смертью не все кончается».

Марина Крышталева
...
Читать дальше...

Воплощение порядка



Исследователи не раз отмечали, что для творчества Иосифа Бродского важна тема архитектуры. Истоки этой связи принято искать в образе родного города поэта: «Петербург – это школа меры, это школа композиции», сказал Бродский в интервью переводчице Биргит Файт. Конечно, не весь Петербург, а то, что в нем от классицистического порядка, что связано с понятиями перспективы, пропорциональности, с «идеальными» формами. В эссе «Путеводитель по переименованному городу» эта тема раскрыта немного шире: «Так сложилась история русской эстетики, что архитектурные ансамбли Санкт-Петербурга воспринимались и воспринимаются как предельно возможное воплощение <…> порядка (включая церкви). Во всяком случае, человек, проживший в этом городе достаточно долго, склонен связывать добродетель с пропорциональностью».
    
Связывая добродетель с пропорциональностью, Бродский оказывается близок мастерам эпохи Возрождения, строившим свои произведения на холодных математических отношениях. Поэтому кажется объяснимым, что в работах Пьеро делла Франчески – одного из главных исследователей принципов пропорций и перспективы – его притягивает именно архитектура:

«Одно из сильнейших впечатлений – то, что для него задник, архитектура, на фоне которой происходит решающее событие, которое он живописует, важнее, чем само событие или, по крайней мере, столь же интересно. Скажем, фасад, на фоне которого распинают Христа, ничуть не менее интересен, чем сам Христос или процесс распятия».
(из интервью Виталию Амурскому)

На выставке в Эрмитаже можно убедиться в этом перед гипнотизирующей колоннадой в «Благовещении» – верхней части алтаря Святого Антония из Национальной галереи Умбрии в Перудже. Архангел Гавриил и Дева Мария будто расступились перед уходящей вглубь пространства изящной арочной галереей, «поистине прекрасной перспективой с уменьшающимися колоннами», как выразился Джорджо Вазари в «Жизнеописании» Пьеро делла Франчески. Не исключено, что Бродский видел это произведение. В первую неделю сентября 1983 года вместе с Аннелизой Аллевой они путешествовали по Италии, заезжали в Ареццо, чтобы осмотреть фрески Пьеро в церкви Святого Франциска. Были и в Перудже.
  
Возможность любоваться этой и другими работами Пьеро делла Франчески в Эрмитаже остается лишь до конца недели. Выставка «Монарх живописи» закроется 10 марта. 

Анна Завьялова


 

«Закрыто навсегда». Места Бродского в Гамбурге и Петербурге

Логотип Café Brodsky
Логотип Café Brodsky
Café Brodsky на Google Maps
Café Brodsky на Google Maps
Музей И. Бродского на Яндекс.Карты
Музей И. Бродского на Яндекс.Карты
Интерьер Café Brodsky
Интерьер Café Brodsky
За пару дней до закрытия. 2016 г.
За пару дней до закрытия. 2016 г.
Логотип Café Brodsky
Café Brodsky на Google Maps
Музей И. Бродского на Яндекс.Карты
Интерьер Café Brodsky
За пару дней до закрытия. 2016 г.

О поездках Иосифа Бродского в Гамбург известно немного: в 1987 году здесь состоялось его выступление, а тремя годами позже премьера пьесы «Демократия!». Пытливый ум вспомнит строчку поэта про «изделия хромого бочара из Гамбурга», да и та затесалась в сонеты к Марии Стюарт. С Петербургом все гораздо яснее - родной и любимый город, тема, достойная отдельного разговора.

При этом у Петербурга и Гамбурга, «города трёх М», как называют его горожане, немало общего. Как минимум все «три М»: мосты, моряки и миллионеры. Правда на берегу Эльбы их всех значительно больше, чем в дельте Невы. Как и Петербург, Гамбург занимает пограничное положение с выходом к морю, а само по себе место на границе имеет ключевое значение в поэтике Бродского. Список перекличек можно было бы продолжить, указав также отсутствие в обоих городах пространств, носящих имя Иосифа Бродского.

В ленинградской квартире поэта в доме Мурузи 24 мая 2015 года на один день был открыт музей его имени. Пока работы над созданием нового музейного пространства идут полным ходом, Яндекс.Карты фиксируют, казалось бы, безнадежное положение вещей: «больше не работает».

В отсутствие привязки к месту жительства или даже визита Бродского, в 2014 году на карте Гамбурга появилось кафе с вывеской «Cafè Brodsky» по адресу Eppendorfer weg 193. Биографы и знатоки творчества поэта могли бы пофантазировать о меню этого заведения. Кафе задумывалось как мультикультурное пространство с уютной атмосферой: «чуточку русского в Европе, чуточку американского, чуточку своего». В результате появились такие позиции как суп «Эпиграф» и десерт «Матрешка», а также «Brodsky special» - пельмени и вареники. Так Бродский стал собирательным образом русской, американской и ещё какой-то своей культуры. Возможно, что эта неопределенность - наиболее точная характеристика восприятия  поэта как «своего» - принадлежащего культуре, которую сложно дифференцировать. Гамбургское «Cafè Brodsky», в отличие от петербургского музея, было открыто не один день. Но к моменту написания этого текста Google maps уже вынес ему свой красный вердикт: «закрыто навсегда».

«Бродское» кафе в Гамбурге ушло в прошлое: сейчас там другой ресторан, уже в швейцарском стиле. А в объявлениях о продаже квартир в доме Мурузи до сих пор обязательно указывают, что она находится в одном доме с Музеем Иосифа Бродского. И мы надеемся, что на Google maps будут указаны часы его работы.

Марина Крышталева

Благодарим Анну К. за присланное фото на фоне «Cafè Brodsky». 



«Нынче недолюбленное наверстаем // звездностью бесчисленных ночей». Памяти Жореса Алферова



Поэтические цитаты в заголовке наших материалов обычно принадлежат Иосифу Бродскому. В этот раз сделано исключение — это слова Владимира Маяковского, любимого поэта только что ушедшего из жизни Жореса Алферова.

Мы обращались к нему с просьбой об интервью, но состояние здоровья уже не позволило встрече состояться. Хотелось поговорить с ним о физиках и лириках, поэзии в науке и роли озарения в творчестве. О том, что значит быть петербуржцем — нобелевским лауреатом, и совместима ли наука с политикой.

Почетных граждан Санкт-Петербурга Бродского и Алферова связывало рукопожатие шведского короля Карла XVI Густава. Нобелевская премия для физика - едва ли не главный шанс стать известным среди широкой публики, у литераторов для этого намного больше возможностей. «За разработку полупроводниковых гетероструктур, используемых в высокочастотных схемах и оптоэлектронике» (2000 г., совместно с Г. Кремером и Дж. Килби). Переводя на русский язык: за открытия, определившие облик современного мира (от интернета до любого смартфона).

Читать далее



55 лет Григорию Дашевскому



Сегодня один из лучших в своем поколении мастер поэтического слова и перевода Григорий Дашевский (1964-2013) отметил бы юбилей. Его голосом на русском языке звучит «Набережная неисцелимых» Иосифа Бродского.

Нескучный сад (1)

Справа невидимая река.
Улицы гул по левую руку.
И муравей проползает по буквам
фразы: и царь, объезжая войска,

видел… Кленовая тень легла,
прорези неба легли на страницу.
Шелест послышится, и шевелится
плоский узор добра и зла,

спрятанный в книгу, если сквозь строк
поступь проникнет сандалий узких
в чередованье прозрачной и тусклой,
в шорох листвы о жесткий песок.

Лето 1986



Доблестной армии и флоту - корреспондент Бродский

Доблестной армии и флоту - корреспондент Бродский
Доблестной армии и флоту - корреспондент Бродский

23 февраля был профессиональным праздником Александра Ивановича Бродского, отца поэта. Он прошёл Великую Отечественную войну военным фото-корреспондентом. Сейчас может показаться странным, что в этот период ежедневно выходили специализированные газеты Красной армии и флота. В День защитника Отечества Brodsky.online впервые публикует удостоверение корреспондента газеты «Красный флот» Александра Ивановича, выписанное в сентябре 1941 года. Фотографии, сделанные Александром Бродским, украшали передовицы «Красного флота», пока Иосиф делал первые шаги.


Монарх живописи в Эрмитаже

Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже
Монарх живописи в Эрмитаже


Сегодня вечером в Государственном Эрмитаже стартует интеллектуальный марафон, посвященный выставке «Монарх живописи», на которой можно увидеть художественные произведения и математические трактаты Пьеро делла Франческа (ок.1415–1492).

Иосиф Бродский, по его собственному признанию, «обожал живопись». Особенно итальянцев. Пьеро делла Франческа был чуть ли не любимейшим его художником, о чем Бродский неоднократно упоминал в интервью. В профессиональном сообществе Пьеро давно признан одним из важнейших мастеров Раннего Возрождения. В то же время, если говорить о России, в массовом сознании «монарх живописи» занимает не настолько уверенное положение.

Многие представляют себе Урбинский диптих – профильный парный портрет из Уффици, особенно Федерико да Монтефельтро – в красном, «с горбатым носом», статичное Крещение Христа – под высоким деревом, с застывшим над головой смиренного Спасителя белым голубем, Бичевание – у колонны в глубине зала, или Воскресение, где Христос победоносно возвышается с флагом над спящими перед гробом стражниками. Фрагментами работ Пьеро оформляют обложки книг, их можно увидеть в кино. Но само имя художника почему-то запоминается труднее.

Известность, как правило, – итог определенной популяризации. Мы знаем обстоятельства и имена, стоящие за успехом Моны Лизы Леонардо. Мы знаем, кто «открыл» Пьеро делла Франческа в XIX веке и кто в XX веке его «переоткрыл», поставив на один уровень с самыми значительными современниками. Творчеству Пьеро посвящено множество исследований на разных языках. Но он не стал героем поп-культуры, как это произошло с некоторыми мастерами эпохи Возрождения: Донателло, Рафаэлем, Микеланджело, тем же Леонардо – их имена увековечены не только школьными учебниками по истории, но и комиксами о Черепашках-ниндзя. В 1984 году Энди Уорхол создал серию Details of Renaissance Paintings (Детали картин эпохи Возрождения), сделал с фрагментами картин Боттичелли, Леонардо, Паоло Уччелло и Пьеро делла Франческа то же, что с портретом Мэрилин Монро – напечатал в нескольких вариантах в разных цветах. Однако не самый подготовленный зритель, скорее всего, сходу опознает стиль Уорхола, узнает голову Венеры Боттичелли, но вряд ли назовет имя Пьеро.

Выставка в Эрмитаже, кроме того, что является эстетическим праздником, замечательна тем, что помогает «сложиться картинке» – дает возможность имени художника и его произведениям соединиться в сознании зрителей. Пусть и через запрос в Гугле, спровоцированный афишей на какой-нибудь автобусной остановке.



«Величайший ум ХХ века»: Бродский об Уистене Одене



Сегодня день рождения великого английского поэта Уистена Хью Одена (1907-1973). С творчеством «оксфордского эрудита» Иосиф Бродский познакомился в ссылке. Спустя семь лет, в 1972 году они встретятся лично в Австрии и вместе полетят на литературный фестиваль в Лондоне - первое подобное событие в Европе для Бродского. Это было не просто общение - оно сопоставимо с принятием эстафеты Пушкиным от Державина на знаменитом экзамене в Лицее, с той разницей, что Оден был патриархом англоязычной поэзии. Личное общение Бродского с Ахматовой как крупнейшей фигурой русской поэзии, соединившей своей жизнью Серебряный век с брежневским временем, фактически связала Бродского с XIX веком. Рукопожатие Бродского с Оденом как с «Трансатлантическим Горацием» - это физический переход только что высланного из родной страны поэта в пространство мировой поэзии. Нам сложно оценить это, так как российскому читателю имя Одена ничего не скажет - Бродский же четко понимал, что произошло в его жизни с этой встречей и всегда подчеркивал, что предисловие Одена к книге его стихов еще 1968 года было ценнее Нобелевской премии.

Читать далее




Литература всего мира под крышей одного дома



В разные годы в доме Мурузи жили Николай Лесков, Дмитрий Мережковский с супругой Зинаидой Гиппиус, и, конечно, Иосиф Бродский. Но то, что в начале XX века в доме на время поселилась «Всемирная литература» – факт, остающийся в тени славы отдельных представителей «изящной словесности».

Утопическому проекту издательства «Всемирная литература» посвящена выставка в Музее-квартире Александра Блока. Она занимает полторы комнаты музея - прихожую со вступительной частью и один зал. Во входной зоне посетителей встречает отрисованная ростовая фигура организатора и идеолога издательства – Максима Горького. В самом зале экспозиции еще несколько подобных фигур писателей, принимавших участие в его работе: хорошо узнаваемый Николай Гумилев, Евгений Замятин с чертежными планами и тут же Корней Чуковский, в руках у которого авоська с бутылкой молока (кефира?).
  
Замысел издательского проекта, емко выраженный в амбициозном названии, не был осуществлен. Шесть лет его недолгой работы с 1918 по 1924 год пришлись на время Гражданской войны. Возвышенная цель перевода на русский язык более двух тысяч авторов зарубежной литературы уступила требованиям государственной идеологии. Постепенно теряя сотрудников и отказываясь от изначальной идеи, издательство пришло в упадок.

На выставке в полном объеме отражена масштабная программа публикаций и задействованные в работе издательства едва ли не все литераторы Серебряного века. Списки книг и фотографии участников творческого процесса поражают своим масштабом – как планов, так и направленных на их реализацию трудозатрат. Остается сожалеть о несбыточности проекта, однако некоторые замыслы Горького все же были реализованы – российскому читателю стали доступны произведения О. Генри, Мориса Метерлинка, Ромена Роллана и многих других зарубежных авторов.

Для детей, а также их родителей, музейщики загрузили в мультимедийный стол викторину на знание всемирной литературы. Проект подойдет всем, кто переживал от незнания фактов при прохождении олимпиад или решения кроссвордов – как бы плохо не был пройден тест, в итоге главный редактор издательства, сам Максим Горький, разве что огорчится и даст шанс улучшить результат в другой раз.

Издательство Горького занимало в доме Мурузи самые богатые и красивые помещения, располагаясь в квартире князя на втором этаже. Выставка об этом умалчивает, как и княжеская квартира, обращенная пустующими глазницами окон на неумолкающий Литейный проспект.

Марина Крышталева

Выставка продлится до 28 мая 2019 года (Музей-квартира А.А. Блока; Санкт-Петербург, ул. Декабристов, д. 57)



еще