2019

Родители Бродского в объективе Барбары Хельдт



Будучи профессиональным фотографом, Александр Иванович Бродский сам любил фотографироваться и с удовольствием позировал. В день его рождения brodsky.online публикует историю атрибуции одной фотографии, авторство которой удалось установить сорок четыре года спустя. 

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ




#это_не_бродский



Неделю назад мы опубликовали материал о Сильвии Плат. И только успели порадоваться частоте его просмотров, как получили англоязычный комментарий в инстаграме: "на первом фото не Сильвия Плат", снабженный безжалостным хештегом #notsylviaplath. О достоверности в цифровую эпоху и хештеге #это_не_бродский читайте в материале Ольги Сейфетдиновой.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ



Дом Мурузи как последний адрес



30 октября официально отмечен в российском календаре как "День памяти жертв политических репрессий". Из "Ленинградского мартиролога" в базы "Мемориала", "Бессмертного барака" и "Открытого списка" попали имена пяти жителей Дома Мурузи.

Ни в одном списке, конечно, дом так не называется. У двоих жителей последний адрес указан как "Володарского 24", еще двоих - "Пестеля 27", у последнего в графе адрес -  "Короленко 14". Подлинные домовые книги, в которых фиксировались проживавшие в доме, таких различий не знают. Согласно записям в книгах, все пятеро жертв террора проживали в одном доме по проспекту Володарского, 24 (ныне, как и до переименования -  Литейный проспект).

Пять человек выявлено только по открытым базам. Весьма вероятно, что количество репрессированных в доме было больше - исследование продолжается. Пока даже не посещая архив ФСБ удалось исследовать судьбы этих пятерых жильцов, приговоренных в 1930-е годы к высшей мере наказания.
  
Чье-то имя попало в художественный текст, воспевающий метеорологические работы в Сибири. Один из них - юрист, подавал сведения о себе в справочник "Весь Ленинград". Другой мог бы стать тем, кто 7-го марта 1942 года дал напряжение на Клинской подстанции, когда после приостановки движения в блокадном городе пошел грузовой, а затем и пассажирский транспорт. У коренного ленинградца, инженера "Ленпищеторга" во время проживания в Доме Мурузи родилась дочь, с которой его вдова отправилась в эвакуацию, а дочь уроженца Воронежской области еще до войны вышла замуж за омича из соседней квартиры. Но отец об этом уже не узнал.

Для них "Дом Мурузи" стал "Последним адресом", но в этой базе их имен еще нет.


  
Марина Крышталева

За что Бродский ценил Збигнева Херберта



Иосиф Бродский хорошо знал и любил польскую поэзию - особенное явление в литературе ХХ века. Если с одним польским классиком - Чеславом Милошем - он близко дружил, то со Збигневым Хербертом (1924-1998) фактически не был лично знаком. Что не мешало Бродскому настойчиво рекомендовать всем познакомиться с его творчеством.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ


Кто такая Сильвия Плат?



Сегодня заглавная страница Гугла напоминает миру о дне рождении Сильвии Плат (1932-1963). Поэта столь же значимого для Америки, сколь плохо известного в России - поэтому вопрос в заглавии вполне серьезен.

Сильвия Плат - американская Марина Цветаева. Это грубый и неточный ответ, но какое-то верное направление в восприятии Плат он дает. Поэзия Плат страстна и лаконична, ее жизнь также прервало самоубийство, но главное сходство в другом.

Иосиф Бродский:
"Это разговор с жизнью на равных. Мне так кажется. Она была с жизнью на равных. В этом состояла трагедия, но это и позволяло взять ей нужную ноту и достичь таких высот".

Сегодня мы публикуем отрывок из интервью Бродского о Плат и ее стихотворение "Повесть о ванне" (1956). 

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ



Стать двойником Ахматовой. Новая выставка в Фонтанном Доме



В Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме открылась вторая в истории музея иммерсивная выставка. И если в прошлом году за литературную основу был выбран “Гамлет” - источник, давно позволяющий эксперименты, то в этом году, по выражению самих создателей выставки, «покусились на святое». Почему нельзя упустить шанс стать двойником Ахматовой - в материале Brodsky.online.


Торт Мурузи


В «Словаре петербуржца» 2014 года на букву «Т», в ряду с широко известными «Таврик» и «Техноложка», появился новый «жилец» - «Торт в Мавританском стиле». Так характеристика Дома Мурузи авторства Иосифа Бродского попала в словарь. Архитекторы дома вовсе не планировали выстроить здание, напоминающее торт. Но на протяжении всей истории дома кондитерские ассоциации не оставляют тех, кто смотрит на его фасады.

В печати  это сравнение впервые высказал журналист Владимир Михневич в 1884 году, почти через десять лет после того как в дом въехали первые жильцы: 

«Кн. Мурузи увековечил себя в Петербурге сооружением огромного дома во вкусе новейшей кондитерской архитектуры» (Михневич В. Наши знакомые: фельетонный словарь современников. 1000 характеристик. 1884)

«Кондитерская архитектура» в данном случае - не комплимент. Сходство фасадов здания со сладостями, небрежно украшенными каплями глазури, означает, что убранство дома расценено как чрезмерно вычурное и аляповатое. Наибольшее распространение это выражение обоснованно получило во время господства историзма в  архитектуре второй половины XIX - начала XX века. В многообразии стилей внутри этого направления по избыточному украшению фасадов здания неомавританский стиль можно сравнить с образцами неоготической архитектуры. Но в России и тот, и другой уступали стилизованным под древнерусскую архитектуру «пряничным домикам», каким, например, является младший брат Дома Мурузи - доходный дом Н.Н. Никонова. Он появился на карте города спустя четверть века после «мавританского» собрата, и позже разделил с ним судьбу, сулившую «кондитерским» стенам наполниться несладкой коммунальной жизнью.

546BDBEE-A672-4196-8B68-6E9AC46316CD.jpg
Доходный дом архитектора Н.Н. Никонова на Колокольной улице д. 11; 1899-1900 гг. Образец неорусского стиля.
Фото Анны Маленковой, 2019

Однако не только из впечатлений от причудливых форм декора сплетается кондитерская легенда Дома Мурузи. В конце XIX века на первом этаже дома располагался первый специальный магазин привозных пряников Николая Абрамова. На прилавках можно было найти коврижки, пастилу и пряники из Твери, Тулы, Вязьмы, Варшавы. Помня об этом, автор «Словаря петербуржца» Наум Синдаловский сравнил фактуру печатных пряников Российской империи с витиеватым декором мавританского стиля, происходящего родом из северной Африки:

«Архитектурный облик экзотических фасадов дома каким-то невероятным образом ассоциативно переплетался с продукцией знаменитого в Петербурге торговца русскими пряниками» (Синдаловский Н. Литературная биография Дома Мурузи // Петербургский дневник. Публикация 1 февраля 2019)

Графическая ассоциация Синдаловского происходит...
Читать дальше...

Обязательны к прочтению. Презентация мемуаров Эммы Герштейн

Обязательны к прочтению. Презентация мемуаров Эммы Герштейн
Обязательны к прочтению. Презентация мемуаров Эммы Герштейн
Обязательны к прочтению. Презентация мемуаров Эммы Герштейн
Обязательны к прочтению. Презентация мемуаров Эммы Герштейн

Иосиф Бродский не написал воспоминаний.

Обычно мемуары пишут или выдающиеся люди, которым есть что вспомнить о своих великих делах, или фигуры менее крупные, оказавшиеся свидетелем каких-то важных событий или общавшиеся с гениями. Бродский вполне подходит под обе категории: ему было что рассказать не только о своей жизни, но и о людях, с которыми его свела судьба. Например, о Надежде Яковлевне Мандельштам, оставившей, кстати, знаменитые воспоминания. Их текст нередко сопоставляют с мемуарами близко знавшего Мандельштамов историка литературы Эммы Герштейн (1904-2002). Противоречия между этими яркими текстами заметил и Бродский, в одном из своих интервью последовательно критиковавший взгляд Герштейн.

Пристрастность Бродского известна - он лично знал Надежду Яковлевну и отстаивал "правильность" ее взгляда. Ясно одно: текст Эммы Герштейн - великолепный источник, без которого невозможно представить изучение литературы ХХ века.

Уже завтра, 19 октября в 18:00 в Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме состоится презентация нового издания мемуаров Эммы Герштейн, подготовленного "Редакцией Елены Шубиной". Вы сможете задать свои вопросы составителям книги знаменитым филологам Олегу Лекманову, Наталье Крайневой и Николаю Кононову.

Из интервью Иосифа Бродского профессору Дэвиду Бетеа, 1991:

Просто я недавно прочитал мемуары Эммы Герштейн и почувствовал свою причастность к ним. Попробую объяснить <...> Когда я читал мемуары Герштейн, я был ошеломлен, то есть не ошеломлен, вряд ли меня что-либо еще может ошеломить, а скорее удивлен тому, что она абсолютно не понимает некоторых эссе Мандельштама и говорит ему об этом, на что ему приходится отвечать, что он "пишет, опуская некоторые звенья". Это самый исчерпывающий ответ для того времени, для определенной стадии развития культуры.



Я помню, когда вышла книга Надежды, вся Москва была настроена против нее. Ладно, вся Москва — я помню, как была разгневана Лидия Корнеевна Чуковская. Я ей сказал: "Лидия Корнеевна, если вы не согласны, почему бы вам не сесть и не написать свою версию?" Что и случилось — на десять лет все засели за написание своих вариантов, включая Герштейн... Я не хочу сказать, что современники не имеют права судить поэта, просто когда судят современники, великое рассматривается сквозь призму малого.
  
Тут надо объяснить. Состояние Мандельштама к тому времени... особенно если человек пишет с опущенными связями... То, что опускалось, было самоочевидным и потому ненужным. Но то, что было очевидным для Мандельштама, казалось неочевидным той же Герштейн. Я все время возвращаюсь к Герштейн, поскольку она — самый наглядный пример. То,...
Читать дальше...

«Не будь дураком!». Трамп цитирует Бродского



Подтверждена подлинность скандального письма президента США Дональда Трампа президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану от 9 октября сего года. Обещание разрушить турецкую экономику, размещенное на официальном бланке Белого дома, завершается призывом: "Don’t be a fool!" ("Не будь дураком!").

А между тем это точная цитата из Иосифа Бродского:
"Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были" ("Don’t be a fool! Be what others weren’t"). Есть надежда, что Трамп создал новый мем по Бродскому.  А то вариации шуток на первую строчку невольно (?) процитированного стихотворения уже поднадоели. Ибо начинается оно... Правильно: "Не выходи из комнаты, не совершай ошибку".

"Don’t leave the room, don’t make the mistake"!

Павел Котляр



Что общего у Иосифа Бродского с беременной Деми Мур?



А также с Биллом Гейтсом, Леонардо ди Каприо и Леди Гагой? Все они увековечены в объективе великой Энни Лейбовиц, отмечающей сегодня юбилей.
  
Портрет Бродского был сделан в 1995 году и с тех пор входит в число лучших работ Лейбовиц: присутствует на ее выставках в разных городах мира, печатается в каталогах (например, в книге "A Photographer's Life 1990-2005", подводящей итог этому периоду творчества Лейбовиц). О создании этого фото Энни рассказала в январе 1998 года в интервью польскому фотографу Анне Беате Бодзиевич (Anna Beata Bohdziewicz). Оно вышло в журнале "FotoTapeta" (польск. «Фотообои») по случаю открытия выставки Лейбовиц в Варшаве.

Бодзиевич: Для меня одним из самых ярких фото на вашей выставке является портрет Иосифа Бродского. Расскажите о нем.
Лейбовиц: Единственная причина, почему это фото так выделяется, а я видела и более удачные портреты Бродского, так это то, что на моем снимке он не выглядит счастливым, он выглядит так, будто ему очень некомфортно. И я подумала, что это смотрится необычно и интересно. Когда я фотографировала группу нобелевских лауреатов, я сделала всего несколько снимков Бродского. Я спросила, могу ли сделать пять или шесть снимков, и он мило согласился.

Бодзиевич: Я встретила его в Варшаве в 1992 году и тоже сделала несколько снимков. В нем было что-то трагичное…
Лейбовиц: Мне кажется, он всегда выглядел так, будто ему очень неуютно. Быть может, он испытывал физический дискомфорт из-за сердца… Я встречалась с ним пару раз и каждый раз он выглядел именно так. Этот снимок похож на фото с войны, он полон боли. Вот почему он писал то, что писал. Если вы посмотрите на мои последние портреты, то увидите, что теперь я подхожу ближе. Это потому, что я повзрослела. Теперь я не боюсь этого делать. Но осталось слишком мало людей, которым хочется смотреть в глаза. Ирвинг Пенн сказал, что не хочет фотографировать никого, кто младше шестидесяти лет, и мне кажется, в этом есть смысл. Лица всех пожилых людей, которых я фотографирую, просто невероятны.

Павел Котляр





еще