Фрагмент декора стен "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, 2019
Фрагмент декора стен "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, 2019
Фрагмент декора стен "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, 2019
Фрагмент декора стен "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, 2019
Фрагмент декора стен "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, 2019

Укрощение строптивого декора

Текст


Удивить петербуржца лепниной в квартире довольно сложно. Даже к диковатому сочетанию советских обоев и полированных шкафов с пышными розетками на потолках вокруг люстр можно быстро привыкнуть. Но одно дело – привыкнуть к внешнему виду, и совсем другое – приспособить такое пространство к условиям коммунального быта.  Особенно если речь идет об убранстве "Полутора комнат", отличающемся от среднестатистической лепнины в петербургском старом фонде.   

Экстерьер дома Мурузи является ярким примером "мавританского" стиля, но отнести к нему же интерьер "Полутора комнат" было бы ошибкой. Никаких "восточных" мотивов тут нет: арки украшены лепными геральдическими щитами и гирляндами с фруктами. Наверху арки венчаются своеобразным фризом вполне европейского вида, а внизу повторяют тот же узор, который облицовывает нижние части остальных стен, рождая у зрителя ассоциации с дубовой обшивкой кабинетов.  

_MG_5928.jpg
Современный вид "Полутора комнат". Фото Анны Маленковой, июль 2019 

Обратившись к несложным подсчетам, можно получить следующую картину: из четырех стен пространства, где жила семья Бродских, в одной стене находятся два окна и дверь на балкон, а оставшиеся, как уже было сказано, на всю нижнюю треть плоскости украшены пышным и очень объёмным лепным декором, выступающим из стены примерно сантиметров на пятнадцать. (Одна из стен лишилась этой лепнины в 1980-х годах, но об этом несколько позже). И, конечно, нельзя забывать про арочную перегородку, разделяющую комнату родителей с той "половиной" комнаты, где находился закуток Иосифа Бродского  и фотолаборатория его отца.  

Вроде бы места не так и мало, современные квартиры-студии могут обладать и меньшим метражом. Но вот как расставить мебель, если ни к одной стене ее нельзя придвинуть вплотную?  

Когда из пышных анфилад дома Мурузи начали создавать коммунальные квартиры, в этом пространстве внезапно столкнулись два совершенно разных времени и образа жизни. Даже с заложенными проемами бывшая анфилада решительно сопротивлялась новому укладу и пыталась навязать жильцам что-то свое – то, для чего она была предназначена изначально, и то, что было абсолютно невозможно в условиях коммунальной квартиры. И жильцы были вынуждены с этим бороться: юный Иосиф, пытаясь хоть немного отгородиться от родителей, разными способами заполнял огромный арочный проем между комнатами. Родители поэта уверенно использовали выступы лепного декора в качестве полочек, на которые ставили фотографии, кружки и другие предметы.  

Мильчик М.И. Фотография Комната родителей И.Бродского МА КП-16256_1.JpG
Комната Бродских. Фото Михаила Мильчика, 1984 

Один из сменивших Бродских в "Полутора комнатах" жильцов вообще сбил лепнину на западной стене, чтобы иметь возможность поставить туда шкаф. Вандализм? Или утилитарная необходимость? Вполне возможно, человек и не был прирожденным разрушителем старины, и с уважением относился к доставшемуся ему наследию прошлого, но вынужден был применить силу. В конечном итоге важно то, что характер этого помещения оказался настолько силен, что попросту игнорировать его было невозможно.  

Анна Маленкова